Недавно в сети был запущен первый в мире онлайн-музей принятия, рассказывающий истории взаимоотношений ЛГБТ+ людей с родителями. Открытый Гей Дмитрий Калинин (20 лет) и его мать Анжела Калинина (53 года) рассказали «Про|странству» об участии в проекте, каминг-ауте и опыте публичности.

Как создавался Музей Принятия

Дмитрий: на совместном брифинге организаций-участниц мы выделили для себя два момента: найти доступный множеству людей формат и донести конкретный месседж. Мы понимали: когда матери пытаются найти какую-то информацию об ЛГБТ-сообществе и условно вводят запрос «Мой сын гей», в поисковике появляются ссылки на сайты с некорректной и часто агрессивной информацией. Поэтому главной целью было создание ресурса, благодаря которому матери смогут узнать об опыте других родителей, принявших своих детей.

От зарождения идеи до реализации прошел год. Сложнее всего было найти героев и героинь. Немногие соглашались на участие в настолько масштабном публичном проекте. Планировалось, что будут три истории: мать гея, мать трансгендерного парня и мать лесбиянки. Но маму лесбиянки нам не удалось найти, поэтому запись третьего опыта отложили на будущее.

Нам было важно охватить большую аудиторию, быть публичными и замеченными. Поэтому мы запустили рекламу в гугле и ютубе, распространяли в медиа и рассказывали на страницах организаций-участниц.

Об участии в проекте

Дмитрий: Подготовки к съемкам как таковой не было, никто не писал сценария. Единственное что – предварительно мы передавали свои фотографии организаторам, рассказывали историю каминг-аута, как мы к этому пришли. А потом все это повторили на камеру. Съемки длились приблизительно пять часов, а результатом стало видео на полторы минуты. Сложнее всего было в эмоциональном плане – мы много плакали. Справиться с эмоциями нам помогал психолог.

Анжела: Участие в проекте – это крик души. Хочется, чтобы сквозь призму моего опыта другие родители поняли, что наши дети нормальны. Сексуальная ориентация – это больше, чем секс. Речь о тех же чувствах, любви, страсти и взаимоуважении. Таких детей приходит в этот мир от 3 до 10%, а гомосексуальная и гетеросексуальная ориентация закладывается на 8-10 неделе беременности матери. В этом нет вины ни родителей, ни детей.

Путь от каминг-аута к принятию

Анжела: когда случайно узнала, что мой сын – гей, показалось, что на меня обрушилось небо. Я не знала, куда бежать, что делать, за что хвататься. Потом пришло чувство вины, боль. Думала, что сделала что-то не так, что это за мои грехи и за грехи предков.

Дмитрий: прежде чем делать каминг-аут, я пытался узнать, как мама реагирует на ЛГБТ-сообщество. Однажды мы обсуждали участников Евровидения и гомосексуальную ориентацию некоторых из них. Слова, которые я услышал, мне не понравились, но я понял, что резкой агрессии у нее нет, и решился признаться. 

Анжела: Я прошла длинный путь от мании вылечить своего ребенка до полного принятия. Сын давал мне читать разную литературу, показывал фильмы. Один из них, «Молитва за Бобби», произвел на меня очень сильное впечатление. Но наиболее значимым фактором стала поездка на встречу организации «Терго» в Киеве. Там я впервые смогла открыт говорить об ориентации своего сына и найти ответы на все вопросы. Понимаете, больше всего я беспокоилась о его безопасности, социализации в обществе. Мне было страшно, что у моего сына не будет из-за этого нормальной работы и друзей.

Реакция на вызовы

Дмитрий: Публичный каминг-аут я решил совершить в 17 лет. Дал интервью о том, что я открытый, гей одному запорожскому медиа. Тогда мои знакомые, не знавшие о моей ориентации, и мой отец узнали правду. Потом мы с мамой вышли на Марш равенства в Киеве. К нам подошли журналисты и спросили, почему мы тут и что отстаиваем. Мы спокойно рассказали свою историю, а потом оказалось, что нас показали в вечернем еженедельном выпуске ТСН.

Анжела: После аутинга, который я сама себе устроила на Марше равенства, я ощутила на себе, через что проходит мой сын. Все наши соседи, коллеги по работе и знакомые узнали о нашем участии в прайде и ориентации моего сына. Прохожие начали тыкать пальцем, насмехаться и рассматривать меня как какую-то зверушку. Было очень неприятно и психологически сложно.

Самые близкие люди и друзья не отвернулись от нас, а тем, кто выражал непонимание, я объясняла, что в гомосексуальности нет ничего плохого. И на самом деле вся гомофобия заканчивается на кухне за чашкой чая. А когда человек берет палку и идет бить невинных детей – это уже преступление на почве ненависти. 

Сейчас мне пишут дети из разных регионов Украины со словами благодарности и любви. Но еще мне рассказывают о страхах гомофобных родителей и о мечтах, чтобы их так же приняли, как я своего сына. Тогда понимаю, что работы еще много, и то, что я делаю, нужно.

Советы родителям и детям

Дмитрий: Раньше советовал своим друзьям совершать каминг-ауты, потому что это важно. Но бывали истории, когда мои знакомые после признания страдали от насилия, или их выгоняли из дома. Поэтому теперь я не советую ЛГБТ+ детям свершать каминг-аут, если они чувствуют агрессию от родных. Лучше сообщить о своей сексуальной ориентации, когда ты более независим и чувствуешь себя в безопасности. 

Анжела: Сначала родители ощущают шок и проходят все стадии принятия. Этот процесс можно ускорить, если найти квалифицированного специалиста и вооружиться конкретными знаниями. Важно отбросить чувство вины, перестать себя жалеть, бояться, переживать из-за мнения окружающих, задавать себе глупые вопросы: «За что это мне? Почему это случилось со мной?» А о своем психологическом здоровье заботиться не за счет собственных детей.

Если ребенок сделал этот шаг, это значит, что он доверяет вам и любит вас. Когда от ребенка отворачивается общество, ему важно чувствовать поддержку самых близких.

Сейчас отношения с сыном наладились, мы очень поддерживаем друг друга. Я выхожу на Марши равенства, принимаю участие во флешмобах и акциях, потому что горжусь своим ребенком. Однажды я вышла на прайд с плакатом в форме сердца, у которого одна половина была раскрашена в цвета флага Украины, а вторая – радужная с надписью «Я горжусь своим сыном». Фотография с этим плакатом подняла бурю комментариев в соцсетях, люди писали: «Чем она гордится?». Но я хочу сказать: мне есть чем гордиться. Я воспитала прекрасную сильную личность, которая не боится быть собой.

Текст: Лилия Галка

Перевод с украинского: Мила Кац