Выбирая способ оградить свою территорию, мы заботимся о безопасности, стремимся обеспечить себе приватность, задумываемся, конечно, и о внешнем виде. Самым простым решением кажется обнести свою собственность надежным забором, но с точки зрения эстетики оно может оказаться не наилучшим. О том, какие предпочтения были у древних строителей и о новейших тенденциях в вопросе обозначения границ рассказывает Владимир Скворцов.

Трудно представить себе что-то более уродливое и гнетущее в городе, чем сплошные линии каменных заборов, которые так популярны во многих частях Восточной Европы, особенно там, где преобладает частная застройка. Даже если хозяева пытаются оживить их архитектурными деталями или замаскировать плющом и виноградом, чувство уныния при взгляде на них не исчезает. Узкие улочки старых городов тоже могут показаться неуютными, но там хотя бы витает дух истории, в отличие от современного секьюрити-стайл, превозносящего бункер как самое безопасное, а значит, и самое лучшее место на Земле.

Безусловно, о безопасности следует заботиться, да и вообще нет ничего плохого в том, чтобы как-то обозначить границы своего участка. Но неужели для этого нужно всякий раз городить бетонную стену? Ответ на этот вопрос можно поискать в древней истории. Начнем с Древнего Египта — и вот почему. Сколь бы ни были популярны картинки из учебников, на которых тысячи рабов тянут веревками огромные каменные блоки, современные исследователи все больше склоняются к мнению, что знаменитые египетские пирамиды строились гораздо проще — из бетона, заливавшегося ярус за ярусом в деревянную опалубку. Не станем вдаваться сейчас в подробности споров между историками и археологами, но весьма вероятно, что бетон изобрели именно в Древнем Египте1.

Однако от египтян нам досталось и еще кое-что, а именно — живые изгороди. Сооружая для своих титулованных мертвецов исполинские бетонные мавзолеи, живые египтяне сами предпочитали оставаться в окружении зелени. Дома, усадьбы, дворцы сады и парки они огораживали деревьями и кустарниками, посаженными в несколько рядов; известно даже какие растения они использовали: это были довольно многочисленные виды пальм, инжир, знаменитые эбеновые деревья (некоторые виды хурмы), а в дополнение к ним высаживались различные плодовые и декоративные древесные породы2. Помимо своей очевидной роли — разграничения территории — живые изгороди создавали тень, задерживали горячие суховеи, несущие пыль и песок, защищали и укрепляли почву своими корнями, насыщали воздух влагой и ароматами цветения, снабжали хозяев съедобными плодами, да и просто — радовали глаз.

Через посредничество греков, живые изгороди стали и частью римской культуры. Римляне предпочли пальмам вечнозеленые деревья и кустарники, способные переносить частую обрезку — самшит, тис, лавр, кипарис и тую. Отсюда, насколько известно, в Европе пошла традиция декоративной стрижки изгородей и формирования из них всевозможных фигур. Римляне развили эту технику до уровня настоящего искусства, произведения которого украшали общественные парки, храмы, виллы знатных горожан.

И храм, и мастерская: история ботанических садов

Столь же популярными живые изгороди стали и среди простых людей. Здесь уместно вспомнить, что Римская империя была не только земным воплощением знаменитого античного пантеона. С ничуть не меньшим правом Рим можно назвать «страной маленьких богов», где каждая вещь в природе и в быту имела своих невидимых покровителей, к которым относились с трепетом, не имевшим ничего общего с необходимостью демонстрировать приверженность официальному имперскому культу. Зеленые изгороди вокруг домов и земельных наделов были для простых римлян местом, где обитали их семейные божества и хранители земли — вот почему их берегли и окружали всяческой заботой.

Римские традиции зеленого строительства были унаследованы не только современной Италией, но и соседними странами, в первую очередь — Францией и Германией. Оставаясь, как и раньше, частью повседневного быта горожан, владевших большими и малыми участками земли, живые изгороди послужили также основой знаменитых архитектурных комплексов, среди которых такие шедевры как Версальский сад.

Браки с деревьями: древняя традиция и человеческая изобретательность

И все-таки наибольшую популярность обрели живые изгороди не в континентальной Европе, а в Британии, где они появились вслед за римскими легионами и имперскими наместниками в самом начале нашей эры. Прошло четыре столетия, и римляне навсегда покинули острова, но культура создания зеленых оград вокруг домов, владений и даже полей, осталась. И здесь наша история делает неожиданный поворот.

Легенды о Робине Гуде вызывают в нашем воображении дремучие леса, где благородные (и не очень) разбойники могли месяцами скрываться от королевской армии. Но таких лесов в Англии давно уже нет. Разбойникам негде стало прятаться (они перебрались в парламент), а заодно осталось без дома множество животных и растений, населявших когда-то эти чащи. Мест обитания лишилось не только крупные звери вроде волков и медведей, но и совсем крошечные — такие как умилительная орешниковая соня размером с мелкую мышь. Этот зверек уже совсем было исчез, если бы…

Да, если бы не живые изгороди. К тому времени, как естественные леса фактически исчезли с Британских островов, живые изгороди стали неотъемлемым элементом здешнего ландшафта: их общая протяженность составляет сотни тысяч километров. Традиции и законодательство Соединенного Королевства требует их охраны, развития и соблюдения правильных методов посадки. Благодаря этому возраст некоторых из них составляет многие сотни лет — они теперь старше большинства британских лесов! И стали домом для животных и растений, лишившихся привычной им среды. Только сосудистых растений3 в них произрастает более 1000 видов, плюс множество мхов, грибов водорослей и лишайников, еще не учтенных до конца. С живыми изгородями связано огромное число насекомых (в том числе — ценнейших опылителей), популяции более 50 видов птиц (перелетных и зимующих) летучих мышей, а также большое разнообразие наземных позвоночных: ежей, грызунов, ящериц и змей. Почти 200 000 километров живых изгородей признаны в Англии ключевыми местообитаниями с необычайно высоким биологическим разнообразием.

Растения в городе: почему мы озеленяем пространство вокруг себя

Живые изгороди действительно живые — множество живых существ, населяющих эти зеленые лабиринты, были и остаются хранителями того, что мы, забыв о почтении, зовем просто «окружающей средой». И забота об этих существах и их новом доме становится важным веяньем современности. Национальный план «Biodiversity 2030» предполагает к 2050 году увеличить в Великобритании общую протяженность живых изгородей почти вдвое4. Что особенно поражает: теперь здесь активно пропагандируют снижение интенсивности ухода за живыми изгородями, чтобы позволить им стать более естественными местообитаниями. Ради этого люди готовы пожертвовать эстетикой пригородного ландшафта — идея, которая еще недавно была бы совершенно немыслима для среднего британца.

Разумеется, нельзя оправдывать уничтожение лесов тем, что сейчас мы начинаем так усердно заботиться о искусственных или полуестественных насаждениях. Греки и римляне тоже относились к лесам по-варварски (называя при этом варварами тех, кто леса хранил), и в конце концов лишили природной среды даже своих олимпийских богов. Однако в мире немало мест, где лесов нет уже так давно, что память о них стерлась. И создавая или развивая города в таких местах мы должны понимать, что оживить кажущиеся бесплодными ландшафты — в наших силах. Под «нами» следует понимать любого конкретного человека. Ведь в конце концов, каждый из нас выбирает — прятаться от всего живого за бетонным забором или же принести еще один кусочек жизни в наши поселки, города и улицы.

Автор: Владимир Скворцов

 


Ссылки и примечания:

  1. См., например, http://www.ce.memphis.edu/1101/interesting_stuff/pyramids_in_concrete.html
  2. Semple, E.Ch. 1929. Ancient Mediterranean Pleasure Gardens. // Geographical Review Vol.19, No.3. pp. 420–443.
  3. Сосудистые растения — это то, что мы обычно и называем в бытовом языке просто «растениями». Тем не менее, этот термин является полезным, чтобы не путать растения с водорослями и мхами. Водоросли по традиции их все-еще изучают в школьном курсе ботаники, но они — не растения даже не находятся с ними в близком родстве. Мхи — растения, но во многих отношениях они отличаются от всех остальных растений, в частности не имеют настоящих проводящих сосудов в стебле, поэтому их рассматривают отдельно от папоротников, плаунов хвощей, голосеменных и цветковых, которые все вместе объединяются в группу «сосудистых».
  4. European Commission. 2020. EU Biodiversity Strategy for 2030. Brussels. P. 1–22.