Раскрыть преступный сговор или найти лекарство от эпидемии невозможно без выстраивания причинно-следственных связей. Но исследователи часто забывают об иногда решающем влиянии незначительных, по мнению человека, мелочей. Однако есть теория, способная исправить эту несправедливость.

Возможно, вы думаете, что в стенах научных лабораторий царит порядок, размеренность и сосредоточенность? А дисциплинированные и невозмутимые учёные проводят эксперименты, о результатах которых мы будем читать в СМИ и принимать на веру? Если это так, то вы сильно заблуждаетесь, считает современный социолог науки и философ Бруно Латур.

Место, где рождаются научные факты и выдвигаются гипотезы, является эпицентром разногласий и противоречий. А вся научная деятельность скорее подобна спору депутатов Верховной Рады во время голосования, чем тихой беседе взаимно вежливых учёных. Что же на самом деле стоит за научными открытиями и как мы можем обнаружить невидимые муравьиные тропинки социальных связей?

Пересборка социального

Действуют не только люди: акторно-сетевая теория и социология вещей

Акторно-сетевая теория (ANT – Actor-network theory) – это совокупность идей, которые сформировались под влиянием семиотической школы Альгирдаса Жюльена Греймаса и были ярко представлены в работах Мишеля Каллона, Джона Ло и Бруно Латура. Главное, на что указывают представители акторно-сетевой теории – это на всепроникающую социальность любого знания: физического, химического, биологического или исторического. Не существует разделения на социальный контекст и науку. Вся наука насквозь социальна, а все действия совершают актанты (акторы).

Актант – это не обязательно человек, это любое действующее лицо. Например, научное утверждение, если оно оказывает какое-то действие, учёный в лаборатории, микробы, выступление политика, упавшее дерево, опоздавший автобус и сломанная дверь – все может выступать актантом. С точки зрения Бруно Латура, действия не обязательно связаны с людьми, а «научные факты» на самом деле — социальные конструкты, которым ученые придали статус фактов. Латур распространяет на мир те отношения, которые изначально семиотики изучали в текстах,  возникающие там новые сущности, их взаимодействие.

Действующие вещи

Действуют не только люди: акторно-сетевая теория и социология вещей

Актанты имеют значение только благодаря своему положению и взаимодействию с другими — воздействию друг на друга, сопротивлению или иному влиянию. Если вы каждый день ходите на работу в офис, то вы являетесь частью акторной сети, в которую также входят ваши коллеги, ваш компьютер, рабочее кресло, стол, бумаги, отчеты, ручки, маркеры и даже кофемашина. Все эти объекты могут совершить какое-то действие относительно вас или бездействовать.

Например, если ваш компьютер сломался, это скажется на вашей работе. Вероятно, вы станете искать другое устройство, чтобы продолжить работу. Но если окажется, что файлы не были сохранены и остались на жёстком диске, ваше положение усложнится. Вы попытаетесь восстановить утраченную информацию, но, если ситуация безнадежная, вам придется выполнять всю работу сначала.

А теперь представьте, что события происходят в химической лаборатории, где оборудование играет важнейшую роль во всей акторной сети. В этом случае появляется новый элемент – передача (перевод) результатов, которую выполняет ученый, фиксируя данные в отчете. Но также в процессе могут участвовать и другие актанты – устаревшая аппаратура, плохо вымытые пробирки, невыспавшийся ассистент, нуждающиеся в замене инструменты, слишком высокая температура, радиоприемник, сообщающий последние новости, бутерброд и сидящая на нем муха.

Здесь важно отметить, что отдельно взятая пробирка в лаборатории становится частью сети не сама по себе, а только в той мере, в какой ее действие оказывает влияние на других актантов. И если мы хотим понять, каким образом возникает новое знание, нам следует рассматривать всю акторную сеть целиком.

Болезнетворная спонтанность

Действуют не только люди: акторно-сетевая теория и социология вещей

В работе «Пастер: Война и мир микробов» Бруно Латур исследует историю открытия пастеризации – революционного способа борьбы с микробами. Эпидемии, которые вспыхивали в разное время в Европе, вызывали у врачей и учёных чувство беспомощности. Иногда холера возникала, а иногда нет, иногда происходила вспышка тифа, а иногда нет, в одних городах погибало практически все население, а в других были только единичные случаи. Единственной причиной, которой можно было объяснить появление данных заболеваний являлась «болезнетворная спонтанность». В то время, как движение гигиенистов боролось за оздоровление городов и удаление отходов жизнедеятельности из населенных пунктов, Луи Пастер все больше склонялся к идее существования микроорганизмов.

Бруно Латур считает, что противостоять господствующему в то время убеждению о «самозарождении жизни» и «болезнетворной спонтанности» можно было только принимая во внимание деятельность актантов, то есть микробов. Таким образом, социальные связи складываются не только из того, что создают между собой люди, но и того, что создают между собой микробы. По мнению Латура, пастеровские идеи заново структурировали общество, которое оказалось вовлеченным в войну с невидимым врагом.

Детективная история

Действуют не только люди: акторно-сетевая теория и социология вещей

Бруно Латур утверждает, что «битвы выигрывают не великие полководцы, а армии, не единицы, а множества». Но как складываются эти множества, которые способны действовать в качестве боевых единиц? Как на войне появляются союзники и заключаются альянсы? Согласно Латуру, действия Луи Пастера следует рассматривать подобно тому, как Лев Толстой конструировал связи, в которые были включены Наполеон или Кутузов. Четыре тома романа «Война и мир» посвящены восстановлению множественности сил, которые влияли на мировые события. Историки же приписывают заслуги героизму и мужеству отдельных людей, не учитывая бесконечные взаимодействия между актантами, которые в конечном итоге и создают великих полководцев.

Микроб для Луи Пастера – это своего рода «нить Ариадны», соединяющая все точки в разгадывании загадки. И то, что раньше выглядело как набор несвязных явлений, выстраивается в уникальную акторную сеть. Так связываются вместе моряк, умерший в прибрежном французском городе Тулон, его сундук с вещами, который его товарищ прихватил с собой и, когда по железной дороге добрался до родного города, отдал для стирки своей сестре, женщина стирающая белье на покатой улице, вода, стекающая с белья в городской фонтан и …вспышка холеры в городке Ипор.

Микробы позволили внести упорядоченность в эпидемиологические проблемы, где многочисленность и неочевидность причин всегда препятствовала анализу. Латур говорит, что работа исследователя сродни детективной работе Шерлока Холмса. Возможно, более современный персонаж для сравнения – Доктор Хаус, который искусно разворачивает клубок событий и находит всех актантов, действующих в том или ином медицинском случае.

Текст: Евгения Иванова