Художник и город часто дополняют друг друга: дома, улицы и площади приносят вдохновение и оживают под кистью, а городская жизнь немыслима без тех, кто изображает ее. О том, чем стал город в творчестве Эдварда Хоппера, и о том, кем стал этот художник для американской городской культуры, рассказывает Анна Рубцова.

Америка — это легенда. Американская мечта, имеет свою культурную основу, свой дух. Это целый мир с автострадами, путешествиями сквозь пустыни и каньоны, бескрайними просторами и небоскребами городов. Любишь ты этот континент или же мечтаешь переехать в Европу — значения не имеет. Американец — это как культурный код территории. Однажды эту истину осознал художник, который стал известен благодаря возврату к своей родине и своим культурным корням. Многие исследователи творчества Эдварда Хоппера делают упор на одиночество, красной нитью проходящее сквозь его творчество. Но Хоппер — пейзажист, который использовал персонажей-людей для передачи настроения своих полотен для большей художественной выразительности. А рисовал он вовсе не людей — дома. Могут ли дома быть одиноки? Хоппер стал знаменит именно потому, что передал чувства американцев через окружающее их пространство, через точные, реалистичные, гиперболизированные урбанистические пейзажи. Если бы художники снимали фильмы, Хоппер был бы драматичным документалистом, а скорее — автором мокьюментари (жанр игрового кино, имитирующий документальную съемку — Ред). Потому, что его реализм только кажется таковым. Все кадры, все перспективы и сюжеты построены на тщательно выверенной «режиссуре», нацеленной на передачу определенного впечатления. Он специально подбирал ракурсы и менял некоторые элементы (в частности, освещение) для драматичности и динамичности сюжета.

Early Sunday Morning. 1930

Париж — мечта художника?

Эдвард Хоппер родился в городе Найак, который нынче стал частью Нью-Йорка, но в 1882 году был скромным городком-сателлитом. Семья очень любила маленького Эдварда и сделала все, чтобы мечты ребенка осуществились. Он вовсе не был одинок и замкнут с детства: в семнадцать лет подросток нашел себе учителей и единомышленников среди представителей Нью-Йоркской художественной школы. Это была знаменитая школа Роберта Генри, известного художника. Реализм, которому следовала школа и американская тщательность — вот основа творчества Хоппера. Художник не любил публичных высказываний о себе, но его работы свидетельствуют о том, что школа оставила глубокий след на его личности.

Первые заработки принесла журнальная иллюстрация, а дальше молодой студент исполнил свою мечту: трижды съездил в Европу. Побывал сперва во Франции, в Париже, «художественной Мекке» начала двадцатого века, а после — в Англии, Бельгии, Голландии и Германии. Все поездки заняли четыре года, с 1906 по 1910.

Художника привлекали не люди, а городские пространства и урбанистические пейзажи

Хоппера увлек калейдоскоп культур, но влюбился он в Париж: «самый живописный город», «старые узкие улочки», «винные магазины», «трубы и дымоходы»… Да, художника привлекали не люди, а городские пространства и урбанистические пейзажи. Он познакомился с разными художественными направлениями, распространенные тогда в Европе, но самым главным его увлечением стал импрессионизм.

Импрессионизм — это течение, которое характеризуют определенная узнаваемая техника мазка, легкость момента, условность, незавершенность и некоторая живость, текучесть происходящего. Но Эдварда Хоппера больше всего интересовал свет. Свет в картинах импрессионистов используется для передачи глубины пространства, для (как ни парадоксально, потому что импрессионизм начинался, как протест против академического реализма) передачи реалистичности происходящего. Здесь, в своей увлеченности светотенью, Хоппер становится ближе к сюрреалистам, к Дали и де Кирико, с их невозможными тенями, которые можно увидеть в знойный средиземноморский день, в часы сиесты, когда на улице нет людей и только ветер, и солнце над городом превращают пейзаж в фантастический. «Я всегда интересовался светом», «даже тени здесь были освещенными» — так пишет художник о Европе в письмах к сестре.

Но сам по себе импрессионизм, как техника, оказывается чужд как Хопперу, так и американскому зрителю. Десять долгих лет художник смиряется с тем, что Нью-Йорк — не Париж, а он сам — не импрессионист и не живет на Монмартре. В воспоминаниях художника это горькое время: он говорит, что не может понять урбанистику Америки, после Европы она кажется простой, безыскусной и удручающей («Когда я вернулся из Европы, здешний мир мне казался плоским и грубым…»).

В этот период он начинает работать с гравюрой, отойдя от цвета и оставив только пространство. Он переосмысливает импрессионистские приемы и вырабатывает тот неповторимый стиль, который прославит его, принесет почитателей, деньги, славу и признание. С 1915 по 1923 годы он создал около шестидесяти гравюр, работая в рекламном агентстве. Это принесло ему известность как художнику: гравюры были представлены на персональной выставке от художественной студии Уитни.

Ночные тени. 1921

Кто же главная модель в жизни Хоппера?

Безлюдные улицы городов, пустые дома, автострады продолжали быть его главными моделями и на гравюрах. Именно в эти года начинают строиться небоскребы и дома состоятельных горожан, именно эти годы индустриализации изменили настроения американцев и наконец-то безлюдный мир Хоппера стал понятен и близок оторвавшимся от дома и тоскующим по прежним временам людям. В 1924 году художник вернулся к своей оригинальной школе, к реализму и придумал новый, личный жанр, портрет дома.

У него появляются картины «дом Тэлбота» (1926), «дом Адамса» (1928), «дом у железной дороги» (1925) … Дома с глазами-окнами, дома-«заброшки», дома на фоне небоскребов… Могут ли дома быть одиноки? Да, если они на картине Эдварда Хоппера. Он продолжает изображать на картинах людей, но люди у него — дополнение к пространству, продолжение пейзажа.

House by the railroad. 1925

В начале двадцатых годов успех принес ему материальный достаток, и он оставляет рекламное агентство и в 1924 году женится на художнице Джо Невисон. Она, по воспоминаниям современников, была ревнивой и требовала, чтобы все женские персонажи на картинах были рисованы с нее. И действительно, на многих поздних картинах женские персонажи неуловимо похожи, как например, девушки из «Ночного офиса», «Синего вечера» и «Автомата». На позднейших картинах люди занимают все более важное положение, но продолжают быть «художественными выразительными средствами», передавая общее настроение: будь то кинотеатр, дешевое кафе или офис, персонаж будет продолжением интерьера, а интерьер — персонажа. Предположительно, на последней его картине «Два комедианта» (1966) изображены сам автор и его жена. Вся композиция картины делает персонажей продолжением сцены и обращается к зрителям в последнем поклоне.

Два комедианта. 1966

Кинематографист в холсте?

В 1933 художнику устраивает персональную выставку Музей современного искусства Нью-Йорка. К этому времени уже написаны его известные картины «Автомат» (1927), «Ночные окна» (1928) и все «Дома», художник получает мировую известность и его принимают в «Национальную академию рисунка». Но не это интересует Хоппера. Он продолжает искать новые варианты выражения собственных чувств, передачи своего тонкого восприятия настроения окружающего пространства на холст. Теперь он — тот реалист, которым гордится его школа, американский художник до мозга костей. 

Чем же занимается Эдвард Хоппер во цвете славы? Изучает кинематографические приемы и сценическую драматургию и использует их в своих картинах. Иллюзии светотени, постановка кадра и работа с плоскостями делают его картины обезоруживающими по своей простоте и силе передачи эмоций творениями. Так в «Нью-Йоркском кинотеатре» главным в кадре оказывается не экран кинотеатра, а лицо билетерши, фигура которой выражает общую мысль и настроение картины: настоящая драма происходит в жизни, здесь и сейчас. Она золотоволоса, как голливудская кинодива тридцатых, хрупка, печальна и трогательна в своем жесте. Кто знает, возможно «хичкоковская блондинка» — персонаж, сошедший с картин Хоппера?

Нью-йоркский кинотеатр. 1939

Тем более, что последующие поколения режиссеров вдохновлялись этими картинами для своих знаменитых кадров. «Полуночники» (1942), самая, пожалуй, знаменитая картина художника, послужила вдохновением для сцен из музыкального фильма «Гроши с неба» (1981), а Ридли Скотт, создавая «Бегущего по лезвию», признался, что использовал общую мрачность и инфернальность фона картины для создания атмосферы гнетущего киберпанка. Хичкок использовал прием «хопперовские всевидящие окна» для своей картины «Окно во двор». И в целом картины этого автора вдохновляли не одно поколение творцов саспенса и хоррора.

Говорят, что около четырехсот картин — это «не слишком плодовитый художник». Но Эдварду Хопперу удалось вложить свои идеи, свое видение окружающего пространства, свое тонкое чувство города в головы последующим поколениям творцов. Было ли одиночество центральной темой для него? Скорее, нет, чем да, ведь если город живой, то человек в нем никогда не одинок. И «всевидящие окна Хоппера» присматривают за нами.

Автор: Анна Рубцова