«Все равно бесконечной надеждой согрет,
                                                                  Я вдали вижу город, которого нет…»
                                                                                                                  (И. Корнелюк)

Продолжаем серию, посвященную Человеку городскому, Homo Urbanus, от доктора философских наук, писательницы и журналистки Марины Препотенской. Новая статья посвящена утопиям и многочисленным попыткам человечества создать идеальный мир. Удалось ли кому-то приблизиться к осуществлению заветной идеи, и где отголоски утопии встречаются в нашем реальном мире – читайте в нашем новом материале. 

Что же такое утопия?

Люди всегда мечтали о гармоничном устройстве жизни и оригинально отображали свои мечты в утопиях (греч. τοπος — «место», ου-τοπος — «не-место», т.е. «место, которого нет»). Иногда слово «утопия» воспринимается как синоним абсурда, но изначально оно обозначало литературную фантастику, повествующую о якобы идеальном обществе: от «Государства» Платона,  «Утопии» Т. Мора*, «Города Солнца» Т. Компанеллы, «Новой Атлантиды» Ф. Бекона – до «Люди как боги» Г. Уэллса, «Острова» О. Хаксли, «1984» Дж. Оруэлла, «Мы» Е. Замятина и многих других книжных и кино-фэнтези. Эти произведения часто называют также антиутопиями, так как грань между понятиями довольно хрупкая. 

Утопия изображает «идеальное» будущее, анти-утопия – разоблачает опасные утопические тенденции в гротескной форме. При этом история хранит немало  урбанистических утопических проектов, представленных в текстах, в бумажной архитектуре или в попытках реализации. Насколько абсурдны или разумны городские утопии? Что практически полезного они привнесли в градостроительство и нужны ли сегодня? 

Н. Бердяев считал, что на самом деле идеальный город, Urban Oasis, – это мечта, психологически глубоко обоснованная: «Человек, раненый злом окружающего мира, имеет потребность представлять в своем воображении образ совершенного способа жизни» [1]. Э. Блох вообще предлагал добавить к известным типам Homo sapiens такой вид как Homo utopicus [2]. Но проблема в том, что большинство утопических проектов канули в прошлое вместе с их творцами, а чрезмерные усилия по внедрению утопий зачастую приводили к противоположному эффекту. 

Почему утопии не работают?

Городские утопии: от urban oasis к smart city

Можно вывести удивительные алгоритмы-стадии трансформации социальных утопий в антиутопии в художественных сюжетах и реальных социальных практиках:  

  • Культ идеального порядка и разумного мироустройства провозглашается основой городской системы, которая насаждается на конкретной территории.
  • Вследствие человеческого несовершенства это «всеобщее счастье» требует все большего и большего контроля. 
  • Система контроля приводит к унификации людей, их социальных и даже биологических функций. 
  • Контроль постепенно превращается в гипер-контроль, а свобода – в уродливую диктатуру. 

В итоге утопия-мечта становится антиутопией-сатирой или настоящей пыткой для участников очного эксперимента. Из этого можно сделать далеко идущие выводы о невозможности абсолютного социального идеала, но подводя итог теории вопроса, отметим, что многие утопии стали как основами благих идей переустройства города, так и предостережением от злоупотреблений на этом пути. 

Кто впервые описал утопические государства?

В «Государстве» Платона  рассказывается об идеальной системе жизни города-государства Атлантида, впоследствии якобы утонувшего в Атлантическом океане. Радиально-кольцевая архитектоника Атлантиды нашла реальное воплощение в итальянском градостроительстве ХV-ХVІ веков! 

Леонардо да Винчи оставил чертежи идеальных геометрических городов как космогоническое отражение Вселенной, где всегда царят порядок и гармония, в отличие от человеческого общества. И правда, многие города возводились по законам геометрии. Один из лучших примеров – геометрическая сеть авеню и бульваров в Париже, перестроенном бароном Османом во второй половине ХІХ века. 

Вам также будет интересно: хто розбудував новий Париж та створив перші громадські парки

Томас Мор, написавший «весьма полезную, а также интересную книжечку о наилучшем устройстве государства и новом устройстве Утопия», заложил основы социалистических идей, частично реализованных в некоторых странах и городах будущего. Френсис Бекон в «Новой Атлантиде»  пророчески озвучил идею всесилия науки и техники в развитии цивилизации. 

Городские утопии: от urban oasis к smart city

Сен-Симон провозгласил инженеров-политехников интеллектуальной элитой общества, а флагманами цивилизации – большие города, которые мы сегодня называем мегаполисами. И даже противники урбанизации Шарль Фурье и Роберт Оуэн, авторы идей маленьких комфортных поселений-фаланг, стали предвестниками урбо-проектов далекого будущего: городов-коммун в СССР 20-х гг., «жилищных единиц» Ле Корбюзье, коммунальных домовых комплексов в Швеции. 

Утопии ХХ века

В начале ХХ в. английский социолог  Эбенизер Говард создал проект концентрического Города-Сада, где должно было обитать 30 тысяч горожан среди обилия флоры и фауны. В нескольких городках Англии после второй мировой войны эти проекты были частично реализованы. 

В 1904 г. французский архитектор Тони Гарнье в предместьях Лиона пытался создать линейный город с полосами разделения индустриальных, жилых и транспортных секторов.  Ле Корбюзье в 1920-х годах воплотил эти идеи в некоторых социальных постройках. Правда, мечта архитектора о 24-х 60-этажных зданиях осталась неосуществленной, а часть построенного социального жилья была снесена из-за монотонного депрессивного вида. Но детали проектов Ville Radieuse и Ville Contemporaine – городов, где все дома возводятся вместе с садами и пляжами на крышах, все чаще резонируют в реальной городской структуре наших дней.   

Лучшее – враг хорошего: несостоявшиеся утопии

Приведем примеры еще более экзотических урбо-утопий. В 1856 г. пуританин Генри Клабб начал внедрять проект вегетарианской утопии Octagon-city в штате Канзас.  «Город» должен был состоять из деревень, сочетавших восьмиугольные дома, 8 площадей и 8 окружных дорог. Такие многоугольники, по замыслу автора, представляли наилучшую форму для пропуска света и воздуха в здания. Очевидна его зацикленность на предельной унификации пространства. Не мудрено, что проект потерпел фиаско: завезенные новоселы быстро стали жертвами эпидемий и плохой инфраструктуры. 

Городские утопии: от urban oasis к smart city

Так же драматично завершилась попытка Генриха Форда в 1920-х построить идеальный город в джунглях Амазонки. Жители Фордландии должны были работать на природе по выращиванию гевеи – основы производства каучука; их досуг ограничивался «правильным» кино, строгими моральными канонами и жесткой дисциплиной. Кровавое восстание обитателей против тяжелой работы и навязчивых правил положило конец проекту. 

В 1952-ом еще один мечтатель-утопист Мил Джонсон задумал построить «Город для пьяниц». Идеей-фикс было создание сверхскоростных магистралей и «алкотрипов» для любителей спиртного. Проект не нашел ни общественного одобрения, ни инвесторов. 

Выше в небо: песни высоты и космоса

В 1928 г. инженер Г. Крутиков разрабатывал проект летающего города, а художник Эль Лисицкий придумал горизонтальный небоскреб. Знал бы он, что в начале ХХІ века такие строения начнут повсеместно возводиться в Китае! Казимир Малевич утверждал, что каждый человек рано или поздно должен заполучить собственный космический город-корабль, а Константин Циолковский мечтал о передвижных стеклянных домах на 1000 жителей в небольших городах-коммунах. 

Американский архитектор Фрэнк Ллойд Райт в 1927 году предложил проект небоскреба Иллинойс высотой 1500 м как основного поселения для 1,5 млн жителей города, а еще один американец, Бакминстер Фуллер, в 1960 году спроектировал город, покрытый прозрачным геодезическим куполом-мембраной. И снова – переклички с современностью. Чемпион-небоскреб высотой в 1 километр в ближайшие годы будет возведен в Саудовской Аравии, а сферические конструкции уже широко используются в строительстве эргономичных домов и музеев. 

Гигантомания и тоталитаризм

Некоторые городские утопии связаны с апофеозом гигантомании в проектах великих диктаторов, сторонников евгеники (беспощадной селекции людей). Альберт Шпеер, любимый архитектор Гитлера, готовил реконструкцию Берлина как столицы всей планеты, рассчитанной на  20 миллионов человек. Купольные дворцы, водоемы, стадионы, трассы непомерного масштаба недаром получили название «циклопического стиля». 

Подобные тенденции наблюдались в архитектурных амбициях Сталина, предполагавшего увековечить идею всемирной победы коммунизма в грандиозном 416-метровом Дворце Советов с 86-метровой статуей Ленина в центре. А вот «город рассветов, бесконечного познания и открытий», центр йоги Ауровиль, построенный в Индии в 1968 году, до сих пор является чуть ли не единственной реализованной утопией аполитичного интернационального города. 

Smart-City – утопия в реальном времени

Городские утопии: от urban oasis к smart city

В итоге можно сказать: те утопии, где доминировали тоталитарная идеология и форма над духовными ценностями, были обречены. Проекты, манифестирующие заботу о людях и уважение к ним, допускающие творчество и спонтанность людей, получили продолжение и реализацию. Доказательством этому в наше время hi-tech стали проекты Smart City. «Умный город» предполагает радикальное повышение качества жизни людей без какого-либо социального насилия. Автоматизированнные комплексы обеспечивают высокое развитие управления, трафика, социальных служб, здравоохранения, образования и коммуникаций. Используются альтернативные виды энергии, строятся обширные зеленые зоны, а главным маркером городского комфорта становится экологичность.  

В рейтинге «умных городов» лидируют Барселона, Нью-Йорк, Лондон, Ницца, Сингапур и южнокорейские города Сонгдо и Пусан. В многомиллионной Барселоне, получившей в 2015 году звание Global Smart City, качество города обеспечивает «Setilo» – общегородская информационная платформа, которая отслеживает температуру воздуха и влажность, уровень шума, трафик, расход газа, электричества и пр.. Электронная служба «Big Data BI» позволяет проводить ежедневный анализ эффективности работы правительства. Город Сонгдо в Южной Корее отличается повсеместным светодиодным освещением и передовой системой очистки воды, а в Пусане введено масштабное видеонаблюдение с распознаванием лиц, обеспечивающее максимальную безопасность городского пространства. Десятки цифровых сервисов объединяет также недавно запущенный в Украине проект Kyiv Smart City [3]. 

Можно назвать еще сотни примеров городских утопий и «умных городов», но даже из этого перечня становится понятным, что настоящий успех градостроения связан с гуманными высокотехнологичными проектами, нацеленными на создание безопасности, комфорта и личностного развития горожан. 

*Именно название произведения Т. Мора положило начало метафоре утопии в искусстве и науке

Что интересного почитать: Сакральна географія Нової Атлантиди

 

Текст: Марина Препотенская


Литература:

  1.  Бердяев Н. Судьба России. – М., 1990. — с. 329.
  2. Блох Э. Тюбингенское введение в философию / Э.Блох. [Пер. с нем.Т.Ю.Быстровой, С.Е.Вершинина, Д.И.Криушова].— Екатеринбург:Изд-во Урал. ун-та, 1997. — 400 с.
  3. Кyivsmartcity/ Эл. доступ:  kyivsmartcity