В большом городе есть всё для всех. Логично предположить, что как минимум часть его жителей может одновременно обладать таким же многообразием характеристик и умений. Как люди со множеством талантов и способностей используют возможности, существующие в пространстве мегаполиса, для максимальной самореализации?


В 1970-х годах психолог Рональд Фредериксон впервые заговорил о людях, способных демонстрировать высокие компетенции сразу в нескольких областях, — мультипотенциалах. Однако лишь в начале ХХІ века концепция человека-мультипотенциала (MPL) появляется в широком публичном дискурсе благодаря Эмили Вапник и её одноименному бестселлеру [1].

Авторка убедительно призывает читателей (а с трибуны TED — и зрителей [2]) не зацикливаться на одной профессии, а использовать свои способности по максимуму в разных сферах. Ключевой проблемой Эмили, по её же признанию, была скука, которая появлялась при длительном погружении в какое-то одно дело, а триггером изменений стала новизна.

Сегодня Эмили презентует себя как лидер движения Puttylike, писательница, ораторка, коуч, предпринимательница, музыкантка. Она также приводит подобные примеры других слэш-людей Запада. Не отрицая ценности новаторских исследований Вапник, предлагаем заглянуть поглубже в структуру личности мультипотенциала и осознать его связь с большим городом.

Обращаясь к истории феномена, видим, что ещё в эпоху Возрождения бытовал культ «универсального человека» или полимата (от греч. Πολυ — много и μαθής — занятия). Великий Леонардо да Винчи был художником, скульптором, писателем, архитектором, учёным-изобретателем, музыкантом. Особенно активно развились его таланты, когда он перебрался из родного селения во Флоренцию, чтобы изучать гуманитарные науки, химию, черчение, навыки работы с гипсом, кожей и металлами.

«Универсальные люди» встречались и в предыдущие тысячелетия. Аристотель, посвятивший 20 лет своей афинской жизни академии Платона, прославился как философ, основатель первой гимназии и создатель органона наук (логики, риторики, поэтики, политики, социологии). Он отлично разбирался в математике, медицине, биологии и естествознании, исследовал метеорологические явления, трактовал сновидения и учил уму-разуму юного Александра Македонского.

Мультипотенциалами последующих веков можно считать Боэция, Роджера Бекона, Рене Декарта, Михаила Ломоносова, а в нашу эпоху — Владимира Вернадского, Уолта Диснея, Дэвида Линча, Илона Маска и некоторых других.

Но, возвращаясь к месседжам Эмили Вапник, хочется оспорить идею скуки как двигателя изменений. Ведь с философско-психологической точки зрения скука — это такой экзистенциал человеческого бытия, который ведёт не к познанию, а к забиванию внутренней пустоты развлечениями и потребительством. Чтобы профессионально преуспеть в различных сферах жизни, нужны интеллектуальный порыв, креативность и свободное пространство для роста. Мегаполис даёт наиболее реальные шансы для самореализации. Не зря Мэрилин Хэмилтон, отмечая обилие контекстов мегаполиса, называет его «пюре коллективного интеллекта» [3].

Но заметим, что очень важно отличать мультипотенциалов от «опасного класса» (по выражению Гая Стэндинга) прекариата и типа людей, которых можно назвать с некоторой долей иронии «вечными студентами». Маргинальный прекариат также часто меняет род занятий, однако вынужден «расщепляться» в силу обстоятельств, ведь социально не устроен и любыми средствами борется за выживание.

«Вечные студенты» — довольно любопытный тип горожан, не желающих останавливаться в профессиональном и социальном поиске себя. Как говорила одна знакомая о своем приятеле, «ему 60 лет, и он способный». Такие люди без конца учатся, посещают различные курсы и тренинги, превращая это в основу способа жизни и бесконечно готовясь к прыжку в светлое будущее. Однако их разгон может затянуться на долгие годы без конкретных результатов.

Мультипотенциал осознает свои способности и действует, соответствуя им. Поэтому обозначим первым паттерном его развития антропное «пространство»: уровень интеллекта личности, и не только IQ и врожденные задатки, но и умение контролировать эмоции (emotional intelligence или EI), высокую адаптивность и творческий подход. Воспользовавшись известной метафорой Вадима Зеланда, вторым паттерном обозначим умение видеть пространство вариантов развития.

Третий паттерн — это фрактальное пространство мегаполиса как базовое условие роста. В нём человек сполна использует городские локации, сообщества и даже социальные вызовы мегаполиса, чтобы «тиражировать» собственную уникальность в разных сферах, оставаясь собой. Четвертый паттерн — это широкодоступное в мегаполисе виртуальное пространство, дающее неисчерпаемую информационную базу и возможность «параллельных» профессий (блогер, фрилансер и т.д.). Устремлённость же в бесконечность времени и пространства (трансгрессия) позволяет продлить реализацию личности в дополнительных измерениях мультипотенциальности. Представим это в таблице:                       

Количество мультипотенциалов в мегаполисах неуклонно растёт и зачастую составляет весомую часть креативного класса. Бонусами можно считать широкий круг знакомств, достижение гармоничного единства способностей, их осознанную реализацию в социуме. Парадоксальным минусом может быть недостаток популярности, ведь зачастую слава приходит к тем, кто «бьёт в одну точку» — единственное призвание или даже миссию. Однако слава не обязательно входит в иерархию ценностей мультипотенциала — человека мегаполиса, устремлённого в бесконечность познания, радость творчества и освоения мира.

Читать далее: Какими будут подводные города будущего?

Текст: Марина Препотенская


 Источники:

  1. Эмили Вапник. Мультипотенциалы. http://loveread.ec/read_book.php?id=82784&p=1
  2. Эмили Вапник. Почему не у всех есть одно истинное призвание https://www.youtube.com/watch?v=gcNeZJkStYM
  3. Hamilton, M. Approaching Homelessness: An Integral Reframe. [Philosophy]. World Futures: The Journal of General Evolution, Volume 63(2). – Р. 107–126.