Представляем вашему вниманию новый цикл статей о городе от Марины Препотенской. Марина Препотенская – доктор философских наук, журналистка, поэтесса, писательница. Она исследует, как современные города влияют на человека, и какие особенности определяют сегодняшние мегаполисы.


Если посмотреть на Землю с птичьего полета или даже из космоса, станет очевидным, что наш мир неумолимо урбанизируется. Наверное, все видели поразительные видеокадры НАСА, как с приходом ночи на континентах зажигаются многотысячные гирлянды городских огней и соединяющие их золотые нити трасс. Это очень красиво! 

Play
Slider

Город – главное место обитания современного человека. Поэтому его можно по праву назвать Нomo urbanus – человек городской. Урбанистический образ жизни становится главным фактором цивилизации: сегодня  в городах проживает более половины населения Земли (в Украине – 69%), и 1/5 человечества обитает в мегаполисах. Большие города становятся аренами макро-событий и матрицами будущего, где пересекаются экономические, финансовые, политические, культурные, информационные потоки.  Мегаполис – гигантский культурно-цивилизационный артефакт и некий абсолют жизнеустройства на сегодняшний день, со всеми его плюсами и минусами. 

Если же рассмотреть его «изнутри», можно согласиться с Аристотелем, что  «главное – это не здания, а люди» – толпы незнакомцев, где каждый имеет свою уникальную историю и способ жизни в городе. 

Интересно, что восприятие большого города исторически биполярно. Для кого-то это – каменные джунгли, одиночество в толпе, ежедневная пытка трафиком и однообразием, а кому-то большой город кажется клондайком возможностей, где есть все для всех. Но, как говорил Вольтер, между двумя крайностями лежит не истина, а проблема. В случае мегаполиса это проблема выживания. Возможно ли эффективно приспособиться к городской среде?  

Наша задача – объективно оценить  специфику мегаполиса и определить такие особенности адаптации Нomo urbanus, которые можно считать инновационными для человеческого вида. Но прежде возникает вопрос: насколько возможно унифицировать большие города, что может быть общего у Нью-Йорка, Мумбая, Мехико, Токио, Парижа, Сиднея и т.д.? Существуют очевидные факторы, которые влияют на горожан, независимо от их места обитания. Это – универсальные вызовы мегаполиса: сенсорная атака, интенсивный темпоритм, социальные контрасты и техногенная природа города. Рассмотрим внимательнее первый вызов, так как он связан с универсальными координатами человеческой жизни – пространством и временем.

Homo urbanus. Сенсорная атака мегаполиса Сенсорный мультиплекс

Сенсорная атакаэто агрессивное воздействие пространства большого города на все органы чувств горожанина. Прежде всего, отметим многослойный визуальный мультиплекс – витрины, рекламы, машины, архитектура, толпа, многокрасочная колористика, – который нещадно эксплуатирует оптику человека. Это может утомлять или даже вызывать деструктивное состояние – миксофобию (страх разнообразия). Предельно насыщена акустическая палитра: шумовой фон, доходящий до звукового насилия, рекламные слоганы и навязчивая громкая музыка,  разговоры по мобильной связи в общественных местах, грохот строек и трасс, шум машин и разнообразные сигналы – просто «бьют по ушам», иногда нарушая санитарные нормы акустики. 

Сочетание приятных и отвратительных запахов большого города, виртуозно описанное еще в «Парфюмере» Патрика Зюскинда, дополняется ежесекундными тактильными вызовами. Теснота и близкое соседство чужих тел с нарушением интимного пространства (15 см), сексуальные искушения, необходимость трогать предметы, к которым прикасались миллионы рук (поручни, кнопки, деньги, ручки дверей, торговых тележек и т.п.) взвинчивают человека телесно, а обилие пищевых предложений от многочисленных заведений питания активно влияют на вкусовой канал. Одно из последствий этого – повальное ожирение населения мегаполисов.  

Глобальный  фактор сенсорного прессинга – постоянное  разрастание города, его трехмерная экспансия вширь, по горизонтали и вертикали. Сращиваясь между собой, большие города образуют многомиллионные мегало-полисы, конурбации и агломерации, самые масштабные из которых – «Босваш» (Бостон-Вашингтон) и «Токайдо» (Токио – Осака). А в соревновании на самый высокий небоскреб и самое глубокое «подземное царство» лидируют строящийся в Саудовской Аравии  Kingdom Tower высотой более 1 км и Motreal Underground City (RÈSO) в Канаде, протяженностью более 30 км под землей.  

Как же Нomo urbanus справляется с сенсорной атакой, грозящей разрушить его психику или предельно утомить? 

Homo urbanus. Сенсорная атака мегаполиса

Сенсорные фильтры

Главным ответом на этот вызов становятся сенсорные фильтры (sensory gating).  Горожане научились выхватывать взглядом именно то, что нужно, и отодвигать на периферию зрения лишнее, а также вырабатывать специфический аудиофильтр, звуковую карту (soundscap), абстрагируясь от фоновых звуков и сосредотачиваясь на актуальных.

Защитой от тактильных вторжений становится культивация отчуждения и внутреннего спокойствия, что часто выглядит как маски равнодушия на лицах. Еще один феномен – уличная пластика горожан, ловкое лавирование в толпе, что можно метафорически назвать «хореографией толпы»: прохожие научились инстинктивно приспосабливаться к ритму массовых передвижений, обходя сложные места и прокладывая собственный маршрут. Кроме того, с учетом популярности уличного телевидения, городских перформансов и экспериментов смартмоба, современная уличная толпа способна спонтанно превращаться в публику, аудиторию или даже в актеров-аматоров, что дает право в некоторых случаях называть ее «умной толпой».

Дробление пространства

В обстановке трехмерной экспансии горожане дробят и ранжируют пространство, создавая ментальные карты города и строя комфортные локации. Призыв  Римского клуба «Думай глобально, действуй локально!» (think globally, act locally) как нигде актуален в большом городе. Мы видим в мегаполисе множество «третьих мест» (не дом и не работа), где люди сочетают творчество, общение, чтение книг или даже деловые переговоры и обучение (кафе,  анти-кафе, салоны, квартирники, библиотеки, пространство воркшопов).

Homo urbanus. Сенсорная атака мегаполиса

Трансформация пространства

Отметим популярные процессы ревитализации (возвращение к жизни) и джентрификации (облагораживание) городской среды.  На месте депрессивных зон создаются новые жилые и творческие локации. Менеджеры проектов (тренд-сеттеры) и представители креативного класса видоизменяют город, вводя новые стандарты повседневной жизни. Все чаще подобные мероприятия согласуются с городской властью. 

Классическим  примером эффективного преобразования пространства  является антикризисная стратегия Ванкувера, в ходе реализации которой город стал максимально экологичным и комфортным, внедрив, ко всему прочему, инновационный паблик-арт:  новые достопримечательности строятся вместе со смотровыми площадками для созерцания панорамы города. 

В некоторых мегаполисах современный девелопмент также формирует комфортные локации, но уже на основе политики нового урбанизма: это – низкоэтажные застройки плюс максимально продуманная инфраструктура в пошаговой доступности и  обеспечение высокой экологичности территории.  

В контексте трансформации пространства, но с негативным характером, выступает интервенция в городскую среду со стороны некоторых застройщиков, насаждающих коммерческие многоэтажки без учета истории, экологии и архитектоники города или совершающих рейдерские захваты территорий. Ответом на вызов становятся «строительные бунты» горожан, которые во многом определяют (особенно  в нашей стране) рост гражданского общества, его низовых инициатив. 

Давним показателем статусного, социального, этнического или религиозного неравенства является также сегрегация пространства. Назвать инновационным этот фактор сложно, разве что отметить «инновационно» нарастающее количество элитных микрорайонов в постсоветских мегаполисах. При этом современный город, где есть социальные контрасты, постепенно трансформирует свое традиционно концентрическое пространство, стараясь преобразовать сегрегацию в хоть немного согласованное сочетание автономных «архипелагов» мигрантов, нацменьшинств, андеркласса. 

Приватная публичность и публичная приватность

Помимо внешнего пространства города, существует личное пространство человека, его внутренний мир. Инновацией в этом ключе можно считать феномен публичной приватности:  погружаясь в свои гаджеты, современные горожане даже в окружении толпы остаются в «неприкосновенном» коконе приватной информации и интересов. 

Еще один связанный с этим феномен – приватная публичность: благодаря доступности виртуального пространства (сyberspace), каждый горожанин в режиме онлайн может наблюдать публичные события, вплоть до войн и революций, экзистенциально переживая происходящее в стриме, словно при непосредственном физическом участии.

Преодоление пространства

Homo urbanus. Сенсорная атака мегаполиса

Сугубо мегаполисным  феноменом освоения пространства является попытка его «преодоления». В этом плане очевиден культ скорости, который, правда, часто наталкивается на проблемы с трафиком и форс-мажорные обстоятельства. 

Идеи скорости и преодоления по-своему воплощаются в городских молодежных субкультурах: паркур (бег и перепрыгивание через барьеры), стритрейсинг (гонки на трассах), диггерство (освоение подземных локаций метро, подвалов, бомбоубежищ, коллекторов и пр.), билдеринг (лазание по стенам небоскребов). Можно отнести сюда и стрит-арт как желание неограниченного художественного самовыражения в пространстве города. 

Преобразования пространства мегаполиса, создание многочисленных инновационных коммуникативных кластеров вызывают к жизни метафору «бесконечной матрешки», пространства «без дна» (фр. mise en abyme), так как данный процесс гипотетически бесконечен, а сочетание кластеров, в свою очередь, творит фракталы городской среды – многослойные повторяющиеся «самоподобия» организации городской жизни. 

Таким образом, анализируя вызовы мегаполиса – в частности, сенсорную атаку пространства и «ответы» на нее человека города, подытожим инновации в жизни Нomo urbanus: сенсорные фильтры, дробление, трансформация, преодоление пространства, приватная публичность и публичная приватность, сопротивление интервенции пространства, «умная толпа». Добавим к этому, что обозначенные явления требуют соблюдения поведенческого баланса, особой рациональности для упорядочивания городской среды и своего бытия в городе.  

Текст: Марина Препотенская