Относительно новый научно-фантастический жанр, оппонент киберпанка, рассматривает инфраструктуру, как форму обороны, а изобретательность, независимость и оптимизм – как основу лучшего мира для современников и их потомков.


Соларпанки пропагандируют будущее, в котором человечеству удалось не только установить экологическое равновесие, но и достичь социального и гендерного равенства. Их идеи отчасти воплощаются уже сегодня — это, к примеру, городское фермерство, устойчивая архитектура и переход на независимые и возобновляемые источники энергии.

Откуда он происходит?

О соларпанке заговорили шесть лет назад благодаря двум американским блогерам. В конце сентября 2014 года блогерка из Миннеаполиса Луиз Олив опубликовала в Tumblr пост на 53 тысячи реакций. В нем она собрала визуальные референсы еще не обсуждавшегося тогда в медиа жанра соларпанк. Автор описывала его как «баланс устойчивых энерготехнологий, экологичных городов и причудливой эстетики».

«Представьте, как красиво было бы, если бы нас окружали витражи, являющиеся на самом деле солнечными панелями? Технологии же развиваются в этом направлении! А как насчет шляп с широкими полями или зонтов, оснащенных солнечными панелями и портами для зарядки мобильного?»

– писала блогерка.

Главными чертами эстетики соларпанка Луиз провозгласила архитектуру ар-нуво, покрытые зеленью публичные пространства и эдвардианско-викторианские одеяния с растительными мотивами.

За неделю предложения Луиз вошли в манифест соларпанка, который составил уже другой американский блогер – фанат научной фантастики Адам Флинн. Ему же приписывают и кристаллизацию понятия «соларпанк».

Флинн рос в самой засушливой и солнечной части Аризоны. В студенческие годы он изучал интеллектуальную, технологическую и культурную историю, а после два года преподавал в Камбодже. Там Адам впервые столкнулся с результатами плохой инфраструктурной политики, централизации и коррупции – он рассказывал журналистам, что бензин в Камбодже продавали в старых бутылках из-под коньяка Black Label, а фермерские электроприборы включали от автомобильных аккумуляторов.

Некоторые положения его манифеста:

– Мы – соларпанки, потому что в противном случае нам остается отрицание и отчаянье;

– Соларпанк о том, чтобы прямо сейчас сделать жизнь прекрасной для нас самих и, что важнее, для будущих поколений, то есть продлить жизнь человека на видовом уровне, а не на индивидуальном;

– Новые вещи в нашем будущем придется создавать из уже существующих, а старым нужно будет найти новое назначение (в отличие от модернизма XX века, в котором «все сносили, чтобы построить нечто абсолютно новое»);

– наш футуризм не нигилистический, в отличие от киберпанка, и избегает стимпанкового потенциального квазиреакционизма. Наш футуризм – это изобретательность, продуктивность, независимость и общность;

– Соларпанк находится в оппозиции, начинающейся с инфраструктуры как формы обороны. (Позднее в интервью Dragonfly Флинн объяснил это так: «Вы сможете протестовать против системы, если вам легко от нее отключиться. Уверенность в себе и устойчивость всего сообщества помогут защититься от репрессий»);

– Соларпанк исповедует идеалы йоменов (свободных мелких землевладельцев в феодальной Англии), свадеши (индийских антиимпериалистов), их последующего Соляного Марша и других традиций инновационного инакомыслия.

С идеями соларпанка согласны не все. Критиками жанра считаются деятельница демократического социалистического и левого феминистического движений Барбара Эренрейх и теоретик феминизма Сара Ахмед. По их мнению, идеи «оптимистического будущего», зарождающиеся в капиталистическом обществе, все равно подчинятся господствующей системе и потому не спасут человечество.

Вопреки утопическому имиджу жанра, Адам Флинн его таковым не признает – по его мнению, соларпанк настолько же высокотехнологичен, насколько и реалистичен. Нам не удалось получить более обширных комментариев ни от него, ни от Луиз Олив.

Где искать соларпанк?

Предвестники жанра появились еще в ХІХ веке. В качестве примера Флинн приводит два утопических романа – «Взгляд назад» американского христианского социалиста Эдварда Беллами и «Вести ниоткуда, или Эпоха спокойствия» британского социалиста Уильяма Морриса.

В ХХ веке подобной литературы тоже было написано достаточно. К примеру, в социально-фантастическом романе Олдоса Хаксли «Остров» действие разворачивается на выдуманном острове Пала, чьи обитатели построили идеальное общество на основе индуизма, буддизма и гностицизма. В «Марсианской трилогии» Кима Стэнли Робинсона рассказывается о борьбе человечества за утопическое освоение Марса.

Часть США провозгласила себя Экотопией в одноименном произведении Эрнеста Калленбаха. Там воцарилась децентрализация, возобновляемая энергетика, «зеленая» архитектура, гендерная и сексуальная свобода, а также симбиоз технологической изобретательности и экочувствительности у жителей. Флинн относит к зачаткам жанра также анархистскую утопию Урсулы Ле Гуин «The Dispossessed» (в переводах «Обездоленный» или «Обделенные») и роман Октавии Батлер «Притча о сеятеле».

Пик интереса к соларпанку в поисковиках пришелся на 2017–2018 годы. Тогда вышли мультинациональный сборник рассказов «Sunvault: Stories of Solarpunk and Eco—Speculation» и австралийский «Ecopunk!: Speculative Tales of Radical Futures».

Однако The Conversation пишет, что современные литературные произведения в жанре соларпанка редко находят крупных издателей, поэтому авторы выбирают самиздат или Kickstarter. К примеру, на средства энтузиастов удалось перевести с португальского на английский одну из любимых соларпанк-антологий Флинна — «Solarpunk: Histórias ecológicas e fantásticas em um mundo sustentável» (Solarpunk: Ecological and Fantastic Stories in a Sustainable World).

Что касается соларпанка в кино – Флинн рекомендовал обращать внимание на мультфильмы Хаяо Миядзаки. В частности, село в «Принцессе Мононоке» в разгар индустриализации учится сосуществовать с природой, а город в «Небесном замке Лапута» утопает в висячих садах и зарослях, что в целом напоминает современное городское садоводство. Флинн также советовал обратить внимание на художественный фильм «Земля будущего: мир за пределами», в котором есть и конфликт жителей с неэкологичным режимом на планете, и эстетика футуристических городов с возобновляемыми источниками энергии.

Соларпанковское комьюнити относит к жанру также художественный фильм 2018 года «Черная пантера», главный конфликт которого схож с описанным ранее –– он строится вокруг необходимости утопического рая (Ваканда) делиться своими ресурсами и экологически дружественными технологиями с остальным миром.
Соларпанк не обошел и видеоигры. К примеру, в Sonic the Hedgehog главный герой уничтожает роботов-генераторов, чтобы избежать Плохого Будущего и спасти окружающую среду, а в конце путешествия запускает альтернативную линию, по которой мир начинает жить в гармонии с технологиями. В игре Pokemon Вселенная балансирует между масштабной нетронутой природой и легкой промышленностью «зеленой» энергетики, а самым популярным транспортом является самый экологичный – велосипед.

Урбанистические идеи соларпанка четко выражены в устойчивом городе в Дубаи, который так и называется — The Sustainable City. Это 46 гектаров покрытой солнечными панелями жилой застройки со всей необходимой инфраструктурой. Резиденты The Sustainable City получают субсидии на создание собственного электротранспорта, ездят на электрокарах или на лошадях, выращивают растительную пищу на местной урбан-ферме и могут посещать творческо-терапевтический квартал Sanad. О том, насколько автономно жилье в комплексе, упоминаний нет. Его стоимость стартует от миллиона долларов.

Кто создает соларпанк в Украине?

Едва ли не самым ярким «инновационным инакомыслящим» Украины зарекомендовал себя перформер, создатель философии «Фрипулья» и монументалист Федор Тетянич. В 1970–80-х годах Тетянич создавал мобильное экологичное жилье – Биотехносферы, предназначенное для спасения человека от экологической катастрофы.

По словам сына и исследователя его творчества Богдана–Любомира Тетянича–Бублика, в основу отцовской философии легли «нескончаемость и живое единство». «Твое Я и окружающий мир — это неотделимые продолжения единого целого, – говорит Тетянич-Бублик. – Отец нередко называл свою деятельность работой для общества, а в своих манифестах часто предостерегал людей и направлял их к идеям действительно этического отношения, критикуя этические системы современности».

«Флоре, фауне и человеку
Не избежать беды
Там, где от них
Охрана окружающей среды»,

– писал Тетянич в своем стихотворении-манифесте.

Поэтому и для строительства Биотехносферы он призывал использовать мусор и бывшие в употреблении материалы. «Биотехносфера состояла из 72 деталей, делившихся на три типа: треугольник, меньшую трапецию, большую трапецию. Части имели точные размеры и складывались таким образом, чтобы внутренний диаметр сферы составлял 240 сантиметров. Как отдельные части модули могли иметь множество модификаций: быть шлюзом или иллюминатором, оборудоваться встроенными приборами. Верхние, к примеру, удобно было оборудовать солнечными панелями. Они также могли собираться в персональный транспорт –– автомобиль, лодку или даже летающий транспорт. Целые серии [сфер] могли перемещаться на движущихся платформах или на собственных колесах, ногах и другими способами».

изображение биотехносферы в городе Попасная

Тетянич-Бублик рассказывает, что отец разрабатывал и концепции биотехносферного девелопмента: «На определенной местности они объединялись между собой через иллюминаторы «человекопроводами», то есть шлюзами цилиндрической формы, служившими основой инфрастрктуры».

изображение биотехносферы с человекопроводами

В 1980-х Федор Тетянич создал три Биотехносферы по заказу СССР: одной оборудовали депо в Луганской области, второй – отель «Россия» в Смоленске, третью установили на автобусной остановке в Киевской области. Однако сегодня судьба творений Тетянича точно неизвестна – пишут, что их все уничтожили.

изображение биотехносферной платформы в поле

Некоторое время назад украинский соларпанк заявил о себе и в прозе. В 2019 году издательство «Рідна мова» выпустило 500 экземпляров утопического романа Саши Каминской «Error». По сюжету психотерапевт-неудачник с Земли знакомится с представительницей внеземной культуры Септум, которая начала заботиться об окружающей среде и здоровье цивилизации, пережив глобальную катастрофу.

«Главный герой пытается выжить на идеальной планете с позиции обычного человека, мало заинтересованного в развитии, самопознании и других скучных «проблемах первого мира»,

– рассказывает писательница о показанных в романе конфликтах.

Цели создать именно соларпанковое произведение у Каминской не было – название жанра она узнала уже после завершения работы над романом. «Моя книга не массовая, это не боевик и не комиксы, она о более комплексных вещах, над которыми пришлось бы думать, – говорит Каминская. – Я писала ее для себя».

Перед тем как все-таки найти издательство, готовое к соларпанку, писательница получила более двадцати отказов. Уже готово продолжение, которое переиздадут вместе с первой частью, потому что выпускать один соларпанковый роман в подростковой серии оказалось не лучшим решением для издателя.

Нишевость утопических жанров, по мнению литературного критика и писателя-фантаста Владимира Аренева, обусловлена тем, что на их фоне неинтересно строить драматургию. «Учитывая, что соларпанк как более-менее оформившееся движение и на Западе возник не так давно, не удивительно, что у нас о нем вообще мало кто знает. В Украине сейчас вообще крайне мало научной фантастики как таковой», – говорит критик.

Slider

Текст: Рита Дудина

Перевод с украинского: Мила Кац

Иллюстрации: Екатерина Цвентух

Slider